Кадет впервые слышал голос яфетянки и, разумеется, был очарован ее пением. Похоже, младенец влюбился, причем сразу в обеих, и в леди Элеонору, и в Изабеллу Лурье. Эта дама очень быстро разобралась в чувствах, обуревающих юного мультимиллионера, только что покинувшего стены строгого учебного заведения, и закружила его в вихре страсти. Шепель не знал, входят ли бальные танцы в программу обучения кадетов школы внешней разведки, но надо признать, что Георгий Кайданов не ударил в грязь лицом на балу у леди Элеоноры. Правда, он потерял голову. Опытной Изабелле Лурье не составило никакого труда завлечь юнца в свои сети.

– Послушайте, Константин, чем вы так угодили нашей хозяйке?

Неугомонный Эрик Понсон отвлек капитана от мрачных мыслей. Внук богатого деда уже с трудом держался на ногах, но языком еще шевелил и наблюдательности не утратил.

– Вы имеете в виду эту безделицу?

– Хороша безделица, – хмыкнул Эрик. – Этот перстень стоит по меньшей мере сто тысяч лир.

– Бросьте, – не поверил Шепель.

– Я вас умоляю, Константин! Такие подарки дарят только любовникам.

– Не мелите чушь, Эрик, – рассердился капитан.

– Как вам угодно, милейший. Так наш уговор остается в силе?

– Ждите меня в машине. Я сейчас вырву нашего мультимиллионера из лап хищницы, и мы покинем эту гостеприимную обитель.

Оторвать Георгия от примадонны оказалось, однако, совсем не простым делом. Кадет, захмелевший от вина и женских чар, далеко не сразу вспомнил о служебном долге, и Шепелю, как старшему по званию, пришлось сделать выговор потерявшему над собой контроль лейтенанту. После чего слегка опомнившийся Кайданов позволил увести себя из чужого дворца.

– А разве мы не попрощаемся с хозяйкой? – удивился Георгий.

– Мы не на деревенской пирушке, мой юный друг. Хозяйка уже уединилась в своих покоях, пора и гостям честь знать.