– А сколько заключенных тогда находилось на Яфете?

– Двадцать тысяч мужчин и две тысячи женщин. Плюс чуть более тысячи охранников, среди которых большинство составляли, естественно, мужчины.

– Но это невозможно, Этьен! – возмутился Кайданов. – Не могли они так чудовищно размножиться на совершенно не оборудованной для проживания планете. Ведь сейчас население Яфета составляет почти миллиард человек.

– Вы попали в самую точку, Серж. Все специалисты, к которым мы обращались за разъяснениями, говорили то же самое. То есть теоретически это, конечно, возможно, если не брать в расчет трудности с питанием, с болезнями и прочим и если допустить, что все женщины, попавшие на Яфет, были чрезвычайно плодовиты и произвели на свет по десятку отпрысков. Может, был пущен в ход какой-нибудь инкубатор, разработанный специально для этих целей.

– И кто же придумал этот инкубатор?

– А вот это я как раз и хотел бы узнать, – воскликнул Виркур раздраженно. – Во всяком случае, наша наука не имеет к этому ни малейшего отношения.

Вновь открывшиеся обстоятельства заставили Кайданова призадуматься. С Яфетом что-то явно было не так, но и предположение генерала об инопланетном разуме, высказанное, надо полагать, сгоряча, показалось Сержу слишком смелым. До сих пор человечеству ни разу не приходилось сталкиваться с иными цивилизациями, несмотря на все предпринимаемые усилия. Тем более фантастической выглядела в этом свете гипотеза о неведомых существах на обычной во всех отношениях, захолустной планете Яфет.

Виркур открыл ключом допотопный сейф и выложил на стол перстень, сделанный из неизвестного металла. Перстень Кайданову был знаком. Он лично снял его с пальца лорда Гергея восемнадцать лет тому назад. Ничего необычного в нем не было, если, конечно, не считать родового знака в виде головы какого-то чудовища. Перстни, подобные этому, носили все представители знатных семей на Яфете.